Исповедь хорошего мальчика: и чё?
Я так долго и упорно рассказывал о мировоззренческих импринтах, вживленных мне во время жизни в детском саду и школе, что у всех читателей давно назрел ожидаемый вопрос: «И чё? Так как же это все отразилось на жизни? И по поводу чего (и главное – зачем?) нужно держать свое ухо востро?». Да, друзья, рассказываю.
Момент первый: из человека в робота – и обратно.
Вспомните, в чем главном в настоящее время отличается робот от человека? – У человека есть произвольность решений и действий, есть свой собственный центр приоритета, который и позволяет импровизировать в заданных условиях. Человеческий центр приоритета, на мой взгляд, заключается в стремлении к ощущению хорошо (это если упрощенно). И именно это ощущение является квинтэссенцией всех сигналов, говорящих об одном: ты жив и, судя по всему, будешь живым и дальше, хотя бы в обозримом будущем. Это желание быть живым и чувствовать себя хорошо – это то, чего нет у современных роботов. И поэтому роботы еще не достигли полной автономии: они ведь выполняют не свои собственные задачи выживания, а задачи, которые им впаял человек. Так вот, многим людям уже при жизни удается стать такими же роботами. Как? – Ну, мое описание вы читали: сначала все начинается с того, что под страхом наказания ребенку объясняют, что его желание жить и радоваться стоит отнюдь не на первом месте (и даже не на втором), и при должном упорстве эта установка таки закрепляется в личности еще не оперившегося человека. А дальше – все растет как снежный ком: сомнение в легитимности собственного центра определения приоритета (центра радости) приводит к глобальным сомнениям в критериях правильности выбора других, служебных целей и даже способах выполнения действий. И вот вы уже можете наблюдать человека из анекдота: «Сема, домой! – Мам, а я устал или замерз? – Ты проголодался!». Такой человек сильно сомневается в собственной способности выделять в жизни главное (для себя?! – свят-свят-свят!), и за разрешением на каждый чих обращается к внешним силам: к родителям, начальникам, общественному мнению и господствующим в данный момент моральным установкам (которые постоянно меняются в угоду действующей власти). Такому человеку часто плохо, при любом дуновении ветра перемен он чувствует себя простуженным, при любой неожиданной, новой и тем паче противоречивой информации – контуженным, а если почва под ногами начинает шевелиться – мгновенно теряет равновесие и зовет на помощь, чтобы кто-то «знающий» пришел и сориентировал. Был человек – и не стало человека. Даже роботы смеются. А главная трудность в том, что обратно в человека этого «недоробота» никто не спешит превращать. А кому это надо? Есть шанс, что у него самого что-то «перемкнет в микросхемах» и сгорит вся перфокарта к чертовой матери, вынужденно заставляя придумывать что-то по ходу жизни самому. Но если ничего не перемкнет, то велик шанс так и остаться помесью Железного дровосека и Страшилы (с чужеродными, автоматическими эмоциями или без оных — и без мозгов).
И вот тут на сцену выходит второй момент: Опасность сломанных человеков-роботов. Кто-то может удивленно спросить: ну, а чего, мол, страшного в том, что ребенка выдрессировали, заменили его своенравные желания на социально-приемлемые и научили ходить и думать строем? Дескать, он же так становится безопаснее! Дескать, так он становится социализированным! Так что же тут плохого?
Для начала предлагаю нам отказаться от туманных категорий «плохо/хорошо», потому что у любого думающего человека сразу возникнут резонные вопросы «для кого плохо?», «относительно каких целей хорошо?» и т.д.
Во-вторых, я бы предложил снять покровы очарования со слова «социализация». За этим не стоит ничего супер-хорошего помимо нейтрального процесса «усвоения норм ближайшего окружения». Так, если человек вырос в клетке, в окружении кидающихся друг в друга экскрементами дикарей, то усвоение им этих «экскременто-метательных» норм тоже будет называться «социализацией». Так что – ничего романтичного и особо светлого в этом понятии нет. Здоровья от социализации не обязательно прибавляется, как, собственно, и гарантий счастливой жизни тоже. Простое копирование, чтобы слиться с окружением в интересах собственной безопасности.
Я же сейчас предложу рассмотреть нюансы, которые при общении с таким «полуроботом» могут возникнуть, а вы сами решите, хорошо это для вас или плохо.
1. Неизвестно, у кого в руках пульт управления.
С человеком, который четко и ясно ориентирован на собственное «хорошо», все просто: он будет согласен на то, что делает ему хорошо, и будет протестовать, если что-то делает ему плохо. Это стабильно и предсказуемо. И с этим можно иметь дело при минимальных опасениях того, что что-то пойдет неожиданно не так. А что делать с человеком, ориентированным на чужие приказы? – Сегодня вы для него самый родной человек, потому что вы в загсе расписаны, а завтра он вас ненавидит, потому что вы «демшиза» и раскритиковали его «правильного лидера»? А что будет послезавтра? – А этого сам этот человек не знает, потому что пульт управления его сознанием находится не в его руках. Скажут ему завтра, что для того, чтобы быть правильным и хорошим человеком, нужно кого-то «неверного» замочить – он ведь может и замочить! И ни одна извилина не дрогнет, потому что «сомневаться – это непатриотично». А на любой ваш вопрос «Зачем?» он, глядя туманным взглядом вдаль, ответит «Потому что!». С компьютером и то безопаснее общаться, потому что тот хоть ваши приказы выполняет. А этот сломанный компьютер чьим приказам следует? – А хрен его знает: в каждый момент времени – разным. Какой вирус к нему в башку проникнет, тем и руководствуется. Вам такое нравится? Решать вам.
2. Неуправляемая агрессивность.
Люди, не ориентированные на собственную радость и собственное хорошо, живут в режиме перерасхода энергии. Обслуживание задач, не приводящих к пополнению собственного энергозапаса, приводит к истощению (а радость – это как раз свидетельство того, что энергии много и она плещется через край). Т.е. они постоянно испытывают жажду, им не хватает радости, сил на то, чтобы жить, и на фоне этого все окружающее предстает в мрачных тонах. Главные их эмоциональные состояния – усталость и злость (еще бывает аварийная выключка всех состояний – депрессия). И эти состояния плескаются на тех, кто рядом. Более того, в первую очередь злость выплескивается на тех, от кого этот человек чувствует меньшую опасность: т.е. на тех, кого угораздило быть для них близкими и родными. И чем больше этот «полуробот» ощущает себя в «кольце врагов», тем острее злостные выплески в сторону «любимых». А если вы захотите такому злостному человеку помочь, то вы неизбежно столкнетесь с одной дилеммой: для того, чтобы ему помочь, ему нужно подсказать, как переключиться в режим «замыкания центра приоритетов на себя», а на это у него, как вы помните, и стоит главный запрет. Баста, кольцо замкнулось, вы стали врагом, которые советует всякие «непотребства». Взрыв через пять… четыре… три… два… один… Ну как, вы все еще хотите жить с такими людьми рядом? – Тогда они идут к вам!
3. Общая социальная и жизненная неуспешность.
Вы наверняка помните, что для того, чтобы выигрывать (или просто успешно и с удовольствием играть) в какой-то игре, нужно уметь периодически как бы выходить из игры, смотря на нее со стороны (чтобы не заигрываться). Это же касается и всевозможных игр под названием «карьера», «деньги», «статус», «семья». У тех людей, кто в своем восприятии намертво связан с условиями этих игр, диктующих им «вот сейчас можно чувствовать себя хорошо» или «а вот сейчас тебе должно быть плохо», — у таких людей взгляда со стороны не получается, и поэтому игры ими управляют, а не они играми. Неудивительно, что это приводит к частым проигрышам: страх проигрыша затуманивает сознание, это приводит к ошибкам в мышлении, ситуации анализируются неполно (или вообще не анализируются), ошибки не просчитываются (потому что признание ошибок приводит к еще большим страданиям), и человек зарывается все глубже и глубже в пучину «неудач». Да, для того, чтобы из этой «пучины» выбраться, нужно начать с главного: понять, что эти «пучины» и «неудачи» — это лишь элементы игры (не самой умной, кстати, с точки зрения получения радости). Но ведь тогда вся картина мира, основанная на постулате «родители и начальники плохому не научат», начинает сыпаться как карточный домик, хороня под собой как самосознание «полуробота», так и тех, кого угораздило жить с ним рядом.
И вот ведь парадокс, многим людям так усердно втемяшивают в голову тезис о «необходимости социализации», что забывают сказать о важном моменте: правила социального взаимодействия полезно изучать, анализировать и использовать, но крайне вредно (для всех участников этого взаимодействия) данные правила замыкать на собственном ощущении «хорошо» (когда нарушение правил грозит потерей этого ощущения). В «социализацию» интересно поиграть, правилами взаимообщения полезно изучить и грамотно применять, но легче всего ими пользоваться тогда, когда вы от них не зависите. Эмоционально не зависите.
Если человек душой прикипает к правилам и нормам (изначально искусственным и условным), то он начинает испытывать трудности там, где от правил нужно отказаться (или хотя бы отойти на время), а то и вовсе создать правила новые: в бизнесе, в творчестве, в поиске новых способов жить хорошо и долго.
Друзья, желаю всем жить свободно! Это одновременно и легче, и труднее, чем кажется на первый взгляд. Легче потому, что самый необходимый шаг – он простой: ориентироваться на собственную радость, воспринимая остальные «приблуды» исключительно как инструменты, но не как основные ориентиры. А труднее – это потому, что, сделав этот простой шаг к радости, вы встанете перед масштабной и очень творческой задачей: переписать все содержимое своей личности на новый лад. Это кропотливая, долгая работа, требующая внимания. Но прибывающая и прибывающая радость будет вам в этом помогать. Я думаю, вам понравится. Мне – понравилось!
