Фокусы ума: как работать с необоснованными страхами?

Здравствуй!

Чтобы обозначить тему, сразу пример из жизни: представь себе маленького ребенка. Например, это мальчик по имени Петя. И вот Петя, пытаясь себе сделать бутерброд, сильно накрошил на кухонном столе. И, разумеется, собирался побежать на улицу, смачно чавкая свежеприготовленной вкуснятиной и оставив стол неубранным. Бабушка вовремя заметила безобразие, остановила за шкирку сорванца и отчитала его по полной программе. Бабушка была строгая, для внука она была авторитетом, и внук, выслушивая «ах ты паразит эдакий» и ощущая затылком щедрые тумаки, понял, что оставлять стол грязным после себя нельзя. И если воздействие бабушки было сильным, то, испугавшись, Петя сделал для себя выводы: «никогда нельзя оставлять после себя стол грязным, а то хуже будет». Или даже еще более общий вывод «никогда нельзя своим присутствием напрягать других людей, потому что это плохо и гадко».

Ты заметил, насколько общим оказался вывод после этого вполне себе частного, даже местечкового нагоняя от бабушки? – Да, неслабый такой вывод, применимый к великому множеству ситуаций. А за счет чего вывод этот вдруг оказался таким общим? – Видимо, Петя ну очень сильно испугался. Я вижу механизм так: одно из основных генеральных ощущений, удовлетворить которые стремится человек ­– ощущение безопасности. Наказание бабушки данное ощущение подрывает весьма основательно, и если Петя чувствует себя в сильной зависимости от расположения к нему бабушки, то бабушкино наказание заставляет внутренний процесс под названием «анализ на будущее: как сделать, чтобы в такое больше не вляпаться» работать на полную катушку. Петя очень не хочет повторения таких ситуаций впредь, и поэтому он делает выводы: «стол оставлять грязным нельзя». Но Пете хочется предотвратить не только эту ситуацию, а еще и другие, которые могут вдруг возникнуть из-за недовольства бабушки. И тогда Петя (не без помощи бабушки и её недовольства по поводу других, схожих по контексту ситуаций) расширяет свой «вывод безопасности» до более широких формул: «не надо сорить в доме», «надо после себя всегда все убирать, чтобы было как было до меня», «надо всегда узнавать заведенный в данном доме, местности порядок вещей и следовать ему, а иначе огребешь проблем» и прочие похожие, на эту же тему составленные выводы-программы. Самое главное здесь – это то, что катализатором процесса «обобщения возможных страшных ситуаций» служит Его Величество Страх, но вот сами выводы потом начинают жить вполне самостоятельной жизнью. Так, Петя может потом вырасти, стать уже совсем самостоятельным, разумным и сильным мужчиной (который уже не боится бабушки, да и бабушка, к сожалению, давно отправилась на Небеса Обетованные), однако выводы, сделанные в «возрасте Пети», будут руководить Петром всю его оставшуюся жизнь. Разумеется, если Петя (уже совсем Петр) вдруг не «проснется» и не начнет внимательно осознавать, а что же это за программы руководят его выборами и реакциями в каждой конкретной ситуации.

Так что же может сделать Петр? – В ситуациях, когда ему самому его реакции не до конца понятны (т.е. когда он сам не может себе ответить на вопрос «зачем я выбрал именно эту реакцию? Для чего?»), Петр может начать сам себе задавать полезные вопросы для самоисследования. Например, если Петр, придя к кому-то в гости и заметив у хозяев «грязный стол», вдруг поймал себя на внутренней агрессии и желании «научить хозяев, как правильно нужно следить за домом», может себя сразу приостановить и поразмышлять над полезными вопросами:

1. Так, я испытываю раздражение. Если я раздражаюсь, то это значит, что люди, на которых направлено мое раздражение, либо делают что-то, что мне нельзя, либо своими действиями подталкивают меня к ситуации, где я буду виноват (подробнее об этом механизме чувства вины – в моей книге «Психологический антивирус»). Ага: судя по тому, что я о себе знаю, я бы себе такой грязный стол не позволил. Значит, я боюсь наказания за грязный стол, а мое раздражение – это «автонаказание» этих людей вместо меня (будь я на их месте – мне было бы плохо).
2. А зачем я вообще боюсь наказания за грязный стол? Что будет, если я буду относиться к этому спокойно?
3. Каких конкретно последствий я опасаюсь? Бабушка накажет? И что? Чем для меня сейчас страшна ситуация «бабушка накажет»?
4. А надо ли мне вообще оставлять у себя страх «оставить после себя грязный стол»? И, возможно, мне стоит пересмотреть и другие мои страхи: «как бы не побеспокоить людей», «а что люди подумают», «а если я им не нравлюсь», «а если я нарушил их порядок». Зачем они мне вообще? Для сохранения жизни? – Вряд ли. А тогда – нафига я их в себе ношу? Зачем я по этим поводам дергаюсь?

Что здесь делает Петр? – Он начинает «плясать» от обобщений, по которым он уже давно живет, к частностям, из которых эти обобщения были сотканы. И, внимательно подумав, Петр может обнаружить, что те частности, на которых он в далеком прошлом, под дулом страха, делал ныне действующие свои обобщения, уже не действуют, уже не актуальны. Или актуальны, но уж точно не стоят того, чтобы делать под них такие уж всеохватывающие обобщения. Например, бабушка может быть до сих пор жива (долгих ей лет и здравия!), и бабушка до сих пор может агрессивно реагировать в случаях, если на столе в её присутствии кто-то не убрал крошки. Но Петр может четко понять (ведь он уже не маленький мальчик и уже не боится бабушку так сильно, как в детстве), что обобщение «нужно бояться доставить неудобство любому человеку своим присутствием» — это ну совсем перебор. Хочется поменьше проблем с бабушкой и при этом не хочется устраивать с нею конфликта и вообще её менять? – Окей, тогда оставляем частность, касающуюся именно бабушки: «Когда я в присутствии бабушки, то следует убирать крошки со стола, а то бабушка расстроится». Причем, заметьте, дело даже не в крошках, а в том, что эти крошки на столе доставляют хлопоты лишь тогда, когда их видит бабушка. Соответственно, если бабушка уехала на три месяца в свою любимую деревню, то не обязательно тут же бросаться убирать крошки со стола в бабушкиной квартире каждый раз, как только сделал бутерброд. Ведь бабушка не видит? – Значит, конфликта не будет. Ведь дело не в крошках, а в том, как на это реагирует бабушка, когда она эти крошки видит. Кстати, проблема с крошками может решиться и другим любопытным способом: так, если бабушка стала подслеповата, она может крошек уже не замечать. И тогда беспокоиться «а вдруг увидит и расстроится» уже не нужно: крошки как были, так и есть, а проблема исчезла, потому что бабушка их не замечает. Ну, если по столу рукой не проведет :)

Замечаешь, как мы раскладываем ситуацию и свои реакции на составляющие? Да, в деле разбора жизненных ситуаций и собственных внутренних процессов бывает полезно как обобщать (синтезировать, чтобы упростить себе выбор в схожих ситуациях в будущем), так и разобобщать (т.е. анализировать), чтобы еще раз внимательно пересмотреть те составные части решения, которое по каким-то причинам нам кажется не совсем адекватным или приятным.

Вспомни: какими страхами ты руководствуешься в своих нынешних взрослых решениях, а затем проанализируй, а на основе чего ты решил руководствоваться ими и по сей день? Может, ты слишком обобщил? Возможно, опасность, которой ты так опасаешься, более локальна, узка? Или эта опасность уже неактуальна, потому что ты стал сильнее, взрослее, самостоятельнее?

Интересных тебе разборов!