Добро и зло: лишние понятия

У меня есть мысль, которую я обдумываю давно. Даже не просто мысль, а тезис, утверждение: понятия «добро» и «зло» — в лучшем случае бессмысленны и бесполезны, а в худшем случае — даже вредны. Да-да, и само понятие «добро» — тоже вредно, вы не ослышались. Почему я так считаю? — Давайте объясню.

Когда мне умные коллеги пытаются сказать, что «добро и зло — понятия относительные, и все люди это прекрасно понимают, и поэтому пускай себе эти понятия существуют, поскольку это всё безобидно и никому не приносит вреда» — у меня, честно говоря, «пригорает». Что значит «безобидные слова»?! Вы серьезно? Послушайте, люди во всем мире регулярно у всех своих «гур» спрашивают о том, что такое «добро» и что такое «зло» (кроха сын к отцу пришел, да…). И после того, как спросят — активно приступают к действию: к «добру» относятся дружелюбно (защищают, продвигают, отстаивают), а к «злу» относятся враждебно (нападают, разрушают, убивают или хотя бы просто осуждают). Т.е. это не просто про поговорить-пообсуждать, дескать, «вот сейчас мы поиграем в философские понятия, понаслаждаемся нашим умением видеть относительность всех терминов и определений, а потом пойдем радостные по своим делам, понимая, что это все это лишь разговоры». Отнюдь. Люди интересуются системой «добро/зло» для того, чтобы получить руководство к действию. Они хотят активно продвигаться в своей жизни в нужную сторону, и «нужной» в данном случае оказывается «добрая» сторона. Я не встречал еще людей, которые бы осознанно следовали в сторону «зла», говоря «да, я за зло, это мой путь». Если только в шутку и в виде кича. Зато людей, которые под знаменем «добра» творят такое, что ни в сказке ни сказать, ни бульдозером убрать — таких хоть отбавляй. И, что самое важное, «добрые» люди не согласны в случае ошибок взять ответственность на себя. Они не очень рвутся признать свои собственные ошибки, а косятся вместо этого в сторону тех, кто им науськал про «неправильное добро». И огорченно признают, что, мол, да, были обмануты, но в этом виноваты те, кто воспользовался нашим невинным доверием. И поэтому не отвлекайте нас, нам нужно с еще большим рвением приняться за нанесение того скорректированного «добра», суть которого объяснили новые (и на этот раз, безусловно, правильные) «доброведы».

Что такое «добро» в понимании людей, не обремененных понятийным мышлением и излишним копошением в филологических дебрях? — «Добро» это нечто правильное, чему стоит следовать, что стоит делать, на что стоит равняться. Все просто: «твори добро, не делай зла». А еще — «борись с теми, кто против добра и творит зло». И вот в этом месте разум у многих людей и затмевает. Как только сказали — «ату его, это зло!» — глаза сразу наливаются праведной кровью, кулаки чешутся и в душе горит жажда «священного мордобоя».

Кстати, вы замечали, как очевидные нестыковки с легкостью пропускаются мимо внимания «доброделов», которые, казалось бы, даже крупицу зла мимо себя не пропустят? Например, «добро — это не убий, а убийство — это очевидное зло», и уже на следующей странице какого-нибудь «священного писания» (т. е. такого, которое нельзя критиковать, ага) говорится о том, что «неверных — убить всех нафиг, сжечь на костре». У критически думающего человека, даже у малого ребенка, возникает мысль: «Так, стоп, что значит сжечь и убить? А ведь страницу назад было черным по белому сказано, что «убивать — это зло», и тут вдруг на тебе — «убивай всех, кто не с нами». Так убивать — это добро или зло? Вы уж определитесь, товарищи!». А ему в ответ: «Ничего ты, глупый холоп, не смыслишь в высокой поэзии нашей священной книги. Ведь есть просто люди, а есть неверные. И вот неверные — это не люди, а поэтому убивать их — можно и нужно. Ты ж читай внимательно!».

Но вот беда: чем внимательнее читаешь, тем больше вопросов возникает. И вопросы эти копятся с каждой строчкой, с каждым днем жизни, с каждым новым «проповедником добра», который жаждет рассказать свою версию о том, как все в этом мире рассортировано по полочкам под названиями «добро» и «зло». Версий столько, что вот уже много сотен лет никак к консенсусу прийти не можем. А количество «добрых убийств тех злых, кто не с нами» — растет и растет.

Но вы спросите: а как же тогда жить, на что тогда ориентироваться, если не использовать понятия «добро» и «зло»?

И я с готовностью отвечу: жить — легко, и я сам так живу, а вместо понятий «добро/зло» я пользуюсь простым «хорошо». Не абстрактным «хорошо», которое так же относительно, как и «добро», а вполне конкретным «хорошо», которое связано хорошим самоощущением каждого конкретного человека.

* Вот вам сейчас хорошо? — Если да, то вы знаете о чем речь. И даже если вам вдруг не очень хорошо или даже откровенно плохо — тоже знаете, понимаете, о чем я говорю. Потому что все просто: хочется, чтобы было хорошо (во всех смыслах), и при этом очень не хочется, чтобы было плохо. Да? Ну вот и разобрались.

И тогда, если говорить про условное «добро» и его уровни, через мою призму восприятия это выглядело бы так:

Добро для меня — это когда мне хорошо.

Добро для другого — это когда этому другому хорошо.

Добро для группы — это когда всем в этой группе максимально хорошо и минимально плохо.

* Кстати, по поводу группы: как вы понимаете, с ростом численности группы условие «чтобы всем и каждому было хорошо» становится все менее и менее достижимым. Ибо при увеличении числа людей количество индивидуальных, оригинальных запросов «на личное хорошо» растет, и вместе с ним уменьшается возможность все эти запросы в равной степени удовлетворить, особенно если вдруг эти запросы оказываются на противоположных концах одной оси (один хочет, чтобы все было сладким, а второй хочет, чтобы ничто не было сладким, например). И получается, что в большой выборке людей обязательно кому-то в чем-то будет плохо. При любом раскладе. А если попытаться «насильно и навсегда» сделать всем «единое хорошо», то плохо может стать вообще всем. Плавали, знаем.

Картина мира, построенная вокруг центра «мне хорошо», оказывается, кстати говоря, очень устойчивой. И такого человека, что интересно, очень сложно «сбить с пути» и очень трудно им деструктивно поманипулировать. Ведь ему лапши на уши просто так не навешаешь. Он ведь постоянно спрашивает, задает уточняющие и очень «вредные» (с точки зрения манипулятора) вопросы:

— А в чьих это интересах?

— А кому от этого будет хорошо?

— А каким образом лично мне от этого будет хорошо?

— А если не сделаю — что тогда?

— А если я вам в ответ в лоб дам, что тогда?

И очень, очень сложно с таким человеком разговаривать, особенно когда вместо разговоров хотелось просто приказать и наблюдать послушное выполнение.

Вот плюсы мировоззрения, в котором нет «добра и зла», а вместо этого есть простое представление о личных интересах и о том, что каждый человек хочет себе сделать приятно и хорошо:

— Исчезает гнев, обида, возмущение несправедливостью и прочий переживательный мусор, свойственный половозрелым детям, до сих пор верящим в существование некого справедливого деда мороза, создавшего этот мир и некие единые для всех законы;

— Исчезает масса противоречий при оценке ситуаций, потому что вместо вхождения в клинч от новой обнаруженной нестыковки разных версий «добра», ум работает четко и ясно, решая всего лишь очередную дипломатическую ситуацию со столкнувшимися «хочу» разных участников конфликта;

— Рассасывается множество проблем со здоровьем (психическим и физическим), потому что большая часть этих проблем как раз и возникает в связи с утратой собственного стержня «я хочу себе хорошо» и в связи с глючно-навязчивым «спасением всего человечества», подшитым ожиданием «заслуженной награды когда-то потом, в будущем»;

— Как-то перестает хотеться со всеми враждовать и искать виноватых среди «чужих», потому что в уме происходит кульбит: с одной стороны, все «кто не я» — те изначально как бы и так чужие (и нет смысла выделять «своих», потому что «свой» у себя я сам, остальные в моем теле не живут, и так, как я сам, о моих интересах точно не заботятся), но вместе с тем приходит понимание, что все эти «чужие» окружающие люди — потенциальные друзья, и поэтому как-то побыстрее хочется их сделать своими друзьями, что легче всего организовать через выяснение «их хочу» и поиск способов «как сделать так, чтобы и мне, и им стало хорошо»;

— Резко возрастает степень личной ответственности каждого человека, и поэтому количество вооруженных конфликтов, драк, войн и прочих кровопролитий начинает стремиться к нулю. Почему? — Потому что большая часть невольных участников таких драк — это как раз те люди, которым объяснили, что «убивать тех неверных и чужих — это добро, а если не сделаешь это добро, то мы тебя, как злого человека, сами настигнем и нанесем непоправимую любовь». Чем меньше станет таких «одурманенных добром барашков», тем меньше будет орудия в руках тех, кто этих «барашков» хочет направить «на благое дело». Все просто.

Итого, вопрос: что будет, если исключить из обихода понятия «добро» и «зло» и просто начать смотреть через призму личных интересов каждого человека? — На мой взгляд, будет очевидная польза. Ибо деструктивных манипуляций и глупости станет меньше, а количество разумных людей, думающих своей головой и здраво управляющих собой и своей жизнью, станет сильно больше.

Кстати, пока не предлагаю это как «картину мира, подлежащую для распространения на всех без исключения». Но думающим людям точно рекомендую примерить к себе эту модель восприятия. Вдруг и вам понравится?