Иерархия: личный опыт
Наверное, к самым первым моим впечатлениям об иерархии в человеческом общении можно отнести мой опыт в детском саду. Когда я, лежа под кучей детских тел, решивших поиграть в «куча-малу», понял, что задыхаюсь — я всем телом прочувствовал внутреннее решение: «я сделаю все возможное, чтобы никогда больше не оказаться под кучей в самом низу». Но, разумеется, это мое детское впечатление трудно назвать осмысленным и структурированным опытом на тему иерархии. Скорее, эпизод-вспышка: внизу кучи, когда все на тебя сверху давят, а ты не можешь при этом пошевелиться, очень трудно.
Более того, сейчас я понимаю, что это впечатление от «кучи-малы» было не первым на тему иерархии. К моменту детского сада я уже был пронизан ощущением «нужно слушаться взрослых, потому что они главнее, и вообще...». Мне так сильно это внушали (как, судя по всему, и всем остальным детям), что это стало похоже на правду. Я помню множество мелких (для родителей) случаев, когда я хотел возразить, когда мне казалось, что нужно сделать иначе, потому что это — очевидно. Но взрослым казалось «очевидным» другое, и я понял, что против силы не попрешь: если двум сторонам кажется, что что-то очевидно, то побеждает «то очевидное, на чьей стороне сила». И мне очень хотелось вырасти. Чтобы аргумент «так, а ну-ка хватит!» с сердитыми бровями перестал работать.
Потом, уже в школе, когда я по сложившейся привычке просто старался быть хорошим и приятным мальчиком (прямо как дома), я неожиданно для себя столкнулся с новым опытом: при очередном переходе в другую школу мои новые одноклассники (вернее, некоторые их особенно «видные» представители) попытались сделать меня «козлом отпущения». И это, надо сказать, им удалось. Я впервые ощутил себя настолько беспомощным. Причем, мне-то чудилось, что я делаю все правильно: я никого не обижал, старался быть со всеми максимально дружелюбным и приятным, но это, казалось, не играло совершенно никакой роли. Оказывается, есть правила, которые работают в одной иерархической системе (например, дома, с папой и мамой) и при этом ну совершенно не работают в другой (например, в классе, особенно когда учительница не видит). Я сделал для себя несколько открытий:
1) Издеваться могут не просто потому, что ты кому-то что-то плохое сделал, а и лишь потому, что кого-то это веселит.
2) Даже если кто-то в коллективе не согласен с тем, что над тобой издеваются, он все равно не встанет на твою сторону, потому что иначе сам рискует оказаться «мальчиком для битья» (ищи дураков).
3) Формальный лидер (учительница) бессильна что-либо сделать, потому что она, по сути своей, не часть коллектива, а лишь «надзиратель», и «стукачество надзирателю» настраивает против тебя даже тех людей из коллектива, которые еще вчера были, вроде как, за тебя.
4) Призывы к справедливости и доброте лишь раззадоривают тех, кому издеваться — весело. И тогда последним аргументом (а потом я выяснил, что вообще-то с этого и нужно начинать, потому как это самый первый и главный аргумент) оказывается сила. Тупая, примитивная, физическая и грубая сила.
Когда до меня «дошел» четвертый пункт, я перестал надеяться на авось и сделал свою ставку на карате (единоборства, то бишь). И ставка сыграла. Нет, заядлым хулиганом и мордоворотом я не стал, но постоять за себя уже мог, и это помогло мне корректировать мое место в иерархии любого коллектива уже значительно эффективнее.
После того, как с главным аргументом более-менее разобрался, я обнаружил, что есть и другие, не менее важные иерархические суб-лесенки, которые «всплывают» по мене усложнения социальной структуры, в которую я оказывался вовлечен:
1. Иерархия симпатии: кто больше всех вызывает восхищенных вздохов, тот и крут. Как правило, лесенка «симпатии» проявляется тогда, когда идет перекрещивание полов. Так, с парнями изначально решалось все силой, и симпатия была по значимости на последних ролях. Но девочкам (и потом — девушкам) одной силы для определения «самого классного парня» было недостаточно, и тогда на помощь пришел юмор. Рассмеши девушку — и ты на вершине пирамиды. Если еще и можешь дать в глаз тому, кто тебя при ней попробовал «опустить» — ты вообще бог!
2. Иерархия взрослости: кто быстрее и ярче всех показал свою отдельность от родителей, тот и первый парень на деревне. В ход идет все: демонстративное пренебрежение родителями («Да что тебе, блин, надо, ма?!»), нарушение «норм правильных детей» (покурить, похулиганить, посквернословить), добыча денег для собственных нужд (при бабле? — ну ты пацан!), а также «гулять где хочу и когда хочу», «целуюсь с кем хочу» и прочие атрибуты «крутой самостоятельной жизни», до которых дотянулась рука и воображение.
3. Иерархия социальной успешности: эта суб-лесенка начала формироваться гораздо позже, когда сработали внушения про «крутую профессию» и «качественную полноценную жизнь» и начались массовые попытки сверстников поступить куда-либо и закрепиться где-либо. И тут началось: кто смог пробиться в вуз на престижную специальность, кому удалось по блату переехать учиться (и жить) в столицу (т.е. от родителей подальше и к «суперским» людям поближе, ведь так больше крутизны и самостоятельности) и кто как можно раньше начал «зашибать бабло» (потому что жить самостоятельно и «на свои» — это верх крутизны и предел мечтаний для тех, кто еще вчера слышал последний звонок).
По сути, все остальные суб-лесенки, которые мы, включив память и фантазию, сможем сейчас назвать — они лишь вариации основной версии: «кто сильнее — тот и сверху»:
- у кого круче работа,
- кто больше зарабатывает денег,
- кто уже завел семью (это больше женский вариант),
- кто уже родил детей (опять же, у женщин),
- у кого круче тачка (здесь уже мужчины кивают, хотя и женщины последнее время присоединяются),
- у кого круче вещи, дома, яхты,
- кто знаком с крутыми людьми,
- кто больше других знает крутых психологических фишек (ага?)
Меняются атрибуты силы, меняются их модификации, но главный принцип — тот же: на чьей стороне «сила»?
Но самое интересное — это то, что в основе все равно лежит «грубая сила». Если не поступил в вуз, но можешь «навалять» тому зазнавшемуся, кто поступил, то, по крайней мере, тет-а-тет с оппонентом (и лично присутствуя в компании с ним) перевес очевиден. Поэтому люди, наверставшие свои лидерские позиции в «социальных суб-лесенках», но при этом оставшиеся «позади» в плане физической способности «навалять» обидчикам, чаще всего боятся показывать даже наработанные «социальные успехи» при тех, кто от вида чужого успеха раним, но все еще физически очень силен. Потому что при внимательном вопросе «Ты хочешь сказать, что ты лучше меня?!» все «социальные успехи» хочется засунуть в карман и лишний раз ими не отсвечивать. На всякий случай.
Что еще заметил уже по ходу взрослой жизни:
1. При том, что положение в иерархии зачастую определяет доступ к важным и нужным богатствам и ресурсам, желательно не демонстрировать свою зависимость от места в иерархии. Зависимость — это слабость, и если с вас считываются признаки этой самой слабости — скатывание вниз по лестнице уже не за горами.
2. Не стоит провоцировать людей на драку из-за «суб-признаков» иерархии, когда на кону гораздо более важные цели. Самый частый пример из жизни на эту тему — «спор за правду». Так, в представлении очень многих людей «быть правым» — это практически то же самое, что быть «царем горы». Если «не прав», то сразу все внутри опускается, и следом за этим опускаются руки и голова. Человек грустит и сдается. Однако, получив приятный приз «я прав», человек на радостях готов отдать даже самые ценные позиции (реально влияющие на его уровень жизни и даже иногда на уровень здоровья), легко уступив вам место рядом с действительно ценными ресурсами. Т.е. «вымпел на стене» дороже «хлеба в животе». И тем, кто умеет видеть «главные» и «второстепенные» иерархические позиции (а также жертвовать вторыми во имя первых), живется, по моим наблюдениям, лучше и дольше.
3. И все таки в самых общих случаях — «сильный всегда прав». Да, есть попытки опровергнуть это правило, но ни одной удачной я не наблюдал. Все они заканчивались признанием «права сильного».
А кто сильнее? — Тот, кто может позволить себе больше.
Позволить себе — это значит воплотить свое решение невзирая (т. е. — «оплачивая» или, если хитрый, то «переводя стрелки оплаты на других») на последствия.
Хочешь быть сильным? — Будь. И прокачивай атакующие и оборонительные силы. Потому что если не прокачаешь, то оплата будет больше.
Хочешь быть на вершине пирамиды? — Не рекомендую. На вершине, вопреки мечтаниям многих, очень опасно, там каждый миг идет борьба не на жизнь, а на смерть. Идеальное положение — «под вершиной, в тени». А для этого — нужно развивать мозги, освобождать себя внутренне от «иерархической зависимости» и быстро реагировать в изменяющейся обстановке (особенно когда тебя другие умные, обнаружив твою дислокацию, пытаются вытолкнуть «наверх», с жаром убеждая, что там самый сок: ага, вот сами туда и лезьте).
