Как я пошёл работать на "Европу плюс"

Эту статью я написал специально для сайта "Жить интересно".

Было ли у вас когда-нибудь такое: вы смотрите телевизор, или слушаете радио, или просто читаете в интернете о том, как кто-то что-то делает, и при этом вы понимаете, что вы бы уж точно могли сделать также или даже намного лучше? Да, было? Вот и у меня однажды такое случилось, причем очень ярко: я слушал радио и вдруг понял, что меня там очень не хватает. Я подумал, что будь я ди-джеем музыкальной радиостанции, уж я бы всем показал. И так ярко это представил! А что же потом? – спросите вы. А потом я не стал откладывать это в сторону, как сделали бы многие из моих друзей и знакомых (да и я сам тоже, чего уж там), а вместо этого решил – «А почему бы и да?». Вот так все и началось.

Дело это было в 99-м году. Я тогда учился на третьем курсе смоленского Института искусств. И вот я вдруг решил, что мне на роду написано работать на радио. Да, решил. Да, загорелся. Ну, а дальше? — Надо что-то делать.

С чего же начать? Исходные данные таковы: никаких знакомств на радио у меня нет, на радио я никогда не работал, даже о том, где именно находятся офисы популярных радиостанций – и то не знаю. Значит, нужно все это выяснять.

Для начала мне предстояло выбрать, на какое радио я хочу пойти.

• Во наглый, да? Прям ждут меня там, ага.

Выбор у меня был небольшой, ибо в то время из популярных у нас в Смоленске были только две радиостанции: «Европа плюс» и «Русское радио». Я помню, что сначала я позвонил на «Русское радио», о чем-то спросил девушку на ресепшен, но по какой-то причине мне ее ответ не понравился. Сейчас уже не помню, почему именно, но мне почему-то показалось, что на «Европе» отношение к новым потенциальным ди-джеям более дружелюбное. И я решил штурмовать «Европу».

• Эдакий Кутузов с окраины Смоленска.

Я уже понял, что по телефону от секретарей трудно добиться чего-то внятного, а особенно пробиться к руководству, и я решил нанести визит лично. Но и для этого мне нужно было выяснить, где же у них офис. А вот с этим была проблемка. То ли потому, что «Европа» была так крута, что даже не нуждалась в публикации своего адреса, то ли потому, что в интернете тогда информации было — «кот наплакал», то ли еще какая секретная причина тому была, но информацию об их офисе я с наскока не нашел. Пришлось задействовать связи, и вот кто-то из знакомых сказал, что они, вроде как, располагаются где-то в помещении смоленского Драматического театра. Ну, театр так театр – надо идти и искать.

• Вы думаете, что я сразу пошел и стал искать? Конечно же нет. Меня колбасило и трясло не по-детски. В голову лезли вопросы «А может, попозже?», «Да куда ты пойдешь, кому ты там нафиг сдался?», «А что я им скажу?», «А вдруг засмеют?». Но я, трясясь аки осиновый лист, просто через какое-то время взял себя за шкирятник и пошел. К театру.

Сначала я решил зайти с центрального входа и спросить, мол, а где тут у вас офис «Европы плюс». Но вахтер мне сказал «Впервые слышу, не знаю», чем ошарашил и значительно поубавил мой пыл. Я вышел из дверей, вдохнул зимний воздух и чуть было не пошел домой. Внутренний голос мне начал что-то нашептывать в стиле «Ну, это знак: видишь, не надо было в это ввязываться, иди уже восвояси».

• Вы, наверное, тоже за собой такой голосок припоминаете, да? – Ну, это лишний раз доказывает, что все мы люди.

А потом я решил: «А что я теряю, если еще поищу? Хуже мне уже не будет, а так вдруг есть шанс?». И я пошел вокруг. Через какое-то время я увидел неприметную дверь, на которой была маленькая наклейка «Европа плюс».

• Я ж говорю: были так круты, что даже яркая вывеска им была нафиг не нужна.

И вот стою я перед дверью, передо мной кнопка домофона, а внутри у меня ощущение, что сердце переместилось мне в черепную коробку и бьется где-то там, гулко стуча прямо в ухе.

• Внутренний голос уже не шептал, а прямо кричал, пытаясь пробиться через стук моего сердца: «Иди ты отсюда! Ну куда ты пришел? Что ты им скажешь?».

Однако я знал заранее, что волнение у меня будет, поэтому так же заранее мной был приготовлен текст, который я запомнил наизусть как раз для того, чтобы произнести даже в состоянии полу-потери сознания. И я нажал вспотевшей на морозе рукой на кнопку вызова.

Что-то щелкнуло, и голос «оттуда» спросил:

— Кто?

— Швецов Денис Федорович

• После этого мне показалось, что на том конце кто-то осекся. В самом деле – полное ФИО звучит очень убедительно и авторитетно, рекомендую.

— К кому?

А вот к кому именно – я не знал. Но знал примерно, как называется должность того человека, который может мне помочь, поэтому я ответил:

— К программному директору.

Видимо, для «голоса там» это прозвучало достаточно основательно, потому что зуммер пропищал, и я вошел внутрь. Через минуту ко мне вышел коренастый мужчина, который, вопросительно глядя на меня, протянул мне руку:

— Алексей.

— Денис.

— Да, я вас слушаю, Денис.

— Я бы хотел вести у вас программу, вот, пришел предложить себя в качестве ди-джея.

Мне показалось, что от моей наглости глаза брови Алексея слегка приподнялись, но особого вида он не подал, а просто продолжил интересоваться:

— Какую программу?

— Ну, — продолжал я, шпаря по заученному тексту, — Я предлагаю трехчасовую программу, ночную, в прямом эфире.

— Это невозможно, — уверенно парировал Алексей, надеясь, видимо, что на этом наш разговор закончится.

— Почему? – нарушил его ожидания я.

— Ну, — пожал плечами удивленный моей наглости программный директор, — потому что в это время идет федеральный эфир, ночное шоу Жени Шадэн, и перекрывать его в любом случае мы не имеем права. Да и потом: мы выпускаем в эфир всего два вида программ по хронометражу: пятиминутные выпуски и часовые программы. Поэтому трехчасовая программа не возможна в принципе.

— Ага: пятиминутные и часовые. Понял…

Алексей, видимо, уже подумал, что разговор закончен. Но я так просто сдаваться не планировал.

— Да, Алексей, я понял. Вы знаете, у меня еще есть идеи, но я их хочу продумать получше, поэтому можно я вам идеи таких программ попозже распишу и расскажу? Как с вами связаться?

Видимо, Алексей сразу не нашелся, что мне на это возразить, а повод звучал из моих уст убедительно, поэтому он дал мне номер своего пейджера (да, тогда вместо телефонов в ходу были пейджеры). Я радостно поблагодарил и сказал «До встречи!». Алексей пожал мою руку, и мы разошлись.

Вы знаете, я думаю, что он подумал тогда, что больше меня не увидит.

• Мало ли приходит всяких сумасшедших, думающих, что они нужны популярной радиостанции в роли ди-джея.

Но как же жестоко он ошибался!

Потом началась целая эпопея длиной в несколько месяцев. Я придумывал новые идеи для программ, вызванивал Алексея, мы встречались. Я с упоением рассказывал ему о своих новых идеях,

• Которые, конечно же, казались мне гениальными!

а Алексей кивал отрицательно головой и возвращал меня с небес на землю. Мне сначала даже казалось, что каждый раз, прощаясь со мной, он был уверен, что уж теперь-то я точно пропаду с концами. Но с каждой новой встречей его уверенность в том, что я вот так просто сдамся, таяла, а вот подозрение в том, что наша новая встреча неминуема, наоборот, укреплялось. Возможно, у него даже появился азарт: «А сколько этот парень выдержит?». Я его не подводил, и мы продолжали «просеивать» мои идеи раз за разом.

• Каждый раз, выходя после очередного «нет» из дверей радиостанции, я, чтобы не поддаваться упадническому настроению, мысленно бил себя по щекам, прямо как тренер — Рокки Бальбоа, и заряжался здоровой злостью: «Ну, я вам покажу!», громко при этом рыча (иногда даже вслух). И я был уверен, что все еще впереди. В своих творческих возможностях я не сомневался, а остальное – дело времени и стараний. Просто надо пробовать еще, заходя с разных сторон, предлагая необычное.

И вот, наконец, настал тот знаменательный день, когда я пришел и рассказал идею программы. Вы помните программу Леонида Парфенова «Намедни»? – Вот я предложил нечто подобное, но в музыкальном формате. Эдакий экскурс в музыку прошлых лет. На тот момент никто еще такую программу не делал (во всяком случае, в Москве и в Смоленске), и поэтому идея оказалась свежей.

— Слушай, а вот это – можно попробовать, — воодушевился Алексей. – Но только есть одно «но».

— Какое? – и я мысленно приготовился ко всему.

• Сейчас, когда согласие уже есть, когда мы нащупали «то самое», я готов был перепрыгнуть через трехметровый забор. Да что там, я бы снес этот забор нафиг, даже если бы он был каменный.

— Во-первых, нам нужно будет сначала записать пилотный выпуск программы, чтобы понять, как она вообще звучит, насколько это интересно, да и подходишь ли ты на роль ведущего. А во-вторых, перед тем, как записать хотя бы даже пилотный выпуск, нужно будет нарыть материала на большую часть всей программы, а лучше на все выпуски вперед.

• А мы, кстати, решили сделать выпуски с 69-го года по 99-й.

— Ага, понимаю… — сказал я, начиная уже соображать в эту сторону.

— Сделаешь? – спросил Алексей, явно понимая, что работа предстоит масштабная.

— Конечно! – с готовностью кивнул я.

— Ну, как соберешь материал, тогда и приходи.

На том и попрощались.

К этому времени была уже, как сейчас помню, весна. И вот я стал соображать, а где же мне взять информацию по музыкальным событиям аж с 69 года. Я попробовал, конечно, воспользоваться силами интернета, но сеть тогда только начинала свой разбег, и поэтому информации там не было совершенно. Особенно такой, которая была мне нужна. Тогда – в библиотеку. Я пошел в центральную Ленинскую, окунулся в каталоги и… и понял, что это все надолго. Как минимум день я провел за поиском возможных источников, и к концу дня я понял, что это очень муторно. А мне хотелось быстрее и легче! Поэтому я набрался дополнительной наглости и пошел напрямую к директору библиотеки.

— Здравствуйте, меня зовут Денис Швецов, «Европа плюс». Можем ли мы посотрудничать?

• В самом деле, а что тут такого: ей же не особо интересно, являюсь ли я штатным сотрудником (и являюсь ли сотрудником вообще) «Европы плюс», а мне помощь очень нужна. Так что простим мне это наглое вранье: никому плохо от этого не стало точно, а вот её небольшая помощь мне очень пригодилась.

Директор отвела меня «к девочкам», они, прекрасно ориентируясь в периодике, нашли мне разные полезные подшивки, плюс познакомили с «Рок-энциклопедией» Ровесника.

• «Ровесник» — это такой журнал, а не фамилия. Это я для тех, кто еще моложе меня и не застал.

В общем, я засел за книжки, журналы и газеты. Надолго так засел. Чтобы было понятно: надвигалось лето, а я в библиотеку ездил как на работу. Каждый будний день, в то время как мои друзья ехали на озеро, я ехал копаться в архивах. Сидел, выписывал, систематизировал аки книжный червь. Было ли мне завидно? – Еще как. Хотелось ли махнуть на всё рукой и помчаться на озеро? – Конечно, периодически хотелось. Но у меня была секретная подзарядка: я представлял, для чего я все это делаю, я представлял, что будет, когда я эту работу завершу, и меня «вставляло» так, что глаза загорались и я продолжал выписывать и систематизировать.

• А вас так что-нибудь зажигает?

И вот, к осени я сделал всю работу. Пара общих тетрадок была исписана фактами и событиями, сортированными по годам.

• Кстати, большая часть из них так и не войдет в программу, но это издержки творчества: лишнее отсекаем, оставляем самое нужное. Будьте к этому готовы, если что.

Алексей, удовлетворенно просматривая материалы, подтвердил нашу готовностью к записи пилотного выпуска. Мы его записали, я был в роли ведущего. Голос у меня достаточно бархатистый

• Плюс, я его дополнительно тренировал, иногда увлекаясь и пугая своими вырывающимися наружу «речами» стоящих рядом пассажиров в автобусах и трамваях.

и, поправив несколько моих «косяков» произношения и техники говорения именно в микрофон, мы решили, что именно я и буду ведущим.

• Представьте, насколько я был рад!

Программа вышла. Часовая. В прямом эфире. И каждое воскресенье в 11 утра я вещал под псевдонимом – Денис Крылов.

• «Здравствуйте! Меня зовут Денис Крылов, в эфире программа «Экс-парад»!»

Позже, на новогодней вечеринке сотрудников смоленской «Европы», коллеги подарили мне шуточный диплом с надписью «Самому упорному автору программ». Это один из самых значимых для меня дипломов. И вы уже понимаете, почему.

Помню, на самой вечеринке, когда уже все были слегка навеселе, ко мне подсел Кирилл, звезда и балагур смоленского радиоэфира, и сказал: «Ты знаешь, а ты молодец. Вот мне нужно было сделать то же самое три года назад, а я все не решался. А ты – смог!». И меня его искреннее удивление — самого удивило. Удивило также и то, что я узнал, что мои коллеги-«европовцы» за глаза про меня говорили «молодой и наглый, но талантливый». Чему я удивлялся? – Тому, что они восприняли меня как эдакий наглый паровоз, который, несмотря ни на что, пёр к своей цели.

• Вы же помните, как я трясся и сомневался? Ну, вот этого обычно наблюдателям со стороны не видно, а замечается обычно то, что делал и итоги.

А, кстати говоря, мои сокурсники, которые узнали о том, что я работаю на «Европе»,

• «Так это ты ведешь ту программу?! Это ты Крылов что ли?! Да иди ты!».

Неподдельно удивлялись, засыпая вопросами в стиле «А как ты туда попал?»,

• Как-как: приходишь и звонишь в дверь.

«А у тебя там, наверное, были знакомые?»

• Ага, щаз!

«Тебе, наверное, просто повезло? Как ты считаешь?».

• Да, после нескольких месяцев попыток и отфутболиваний – конечно, повезло.

И вот после всех этих расспросов я подумал: интересно, а если бы я, такой весь талантливый, продолжал сидеть в своем захолустном Красном Бору и мечтал бы «эх, когда же на радио поймут, что я, такой гениальный, прям тут, у них под носом и меня надо взять на работу»? Это до скольких лет так можно было бы просидеть на попе, ожидая «признания», а?

И я понял для себя следующие важные вещи:

1. Не нужно бояться мечтать и желать. Не нужно останавливать себя мыслями «да кому я нужен?», «там таких, как я, и так полно» и прочими «стопперами». Нужно сначала разрешить себе захотеть, после чего поверить в себя. Поверить не «потому что», а «для того, чтобы…». Ведь если не поверю я – кто еще поверит? Пушкин? Начинается все с меня самого. Только я решаю, смогу я что-либо сделать или не смогу.
2. И после того, как я решил, что смогу – это надо доказать. Делом доказать. Т.е. после того, как я сказал «я это сделаю!» — нужно оторвать попу и сделать. И быть готовым к тому, что получиться может не сразу. Да, для этого моя мечта должна меня заряжать. Да, моя мечта должна питаться «из радости», а не «из страха не преуспеть». Но даже такая, радостно питающая, моя мечта без моих действий – ничто. Часто можно услышать «Визуализируйте свой успех, и он придет». Так вот: визуализировать – это полезно. Но это не всё. Визуализация мечты может помочь добыть энергию на ее воплощение, но если эта энергия расходуется «в диван», то дивану вы и будете потом рассказывать о том, кто виноват, что все получилось не так, как мечталось.

К сожалению, многим интеллигентным и умным людям в жизни не хватает здоровой наглости – наглости сказать «Я могу! Я достоин! Давайте я сделаю!». А многим наглым людям, наоборот, не хватает трудолюбия довести дело до конца (и тогда получается «Я! Давайте я!», а потом – пшик и спускание всего на тормозах).

А вот если здоровая наглость и зверское трудолюбие вдруг соединяются!.. Вами соединяются… Вот тогда!..

В общем, рекомендую попробовать, друзья!

У вас уже есть наготове мечта? Она того стоит?